Esther (ex_militari) wrote in hp15years,
Esther
ex_militari
hp15years

Categories:

Посмотри в глаза чудовищ. Часть вторая.

О, - Запад есть Запад, Восток есть Восток, - но это напрасный труд :
сквозь непроглядный лондонский смог торить дорогу тут;
пусть Рави Шанкр в проводниках и есть LSD запас, -
но то, что прославило нас в веках - то и сгубило нас.

А теперь я вспомнила, что самое гадкое в Хогвартсе.
Самое гадкое в Хогвартсе – это утро! Скребучая наша башня, всеми ветрами продуваемая, скребучая английская погода, шоп она сдохла уже!

В Милане – солнечно, в Риме – прекрасно, в Лиссабоне – жара, в Хогвартсе – дожди.

Температура на адриатическом побережье приближается к тридцати по цельсию, в Майами – океан, в Сиднее – виндсерфинг, в Хогвартсе – ДОЖДИ!

В Африке – засуха, в Израиле – хамсин, в ОАЭ можно ходить в шортиках, ХОГВАРТС СМЫЛО!

В общем, на фоне всего такого эдакого, заставить себя извлечься из койки и пойти пожрать, естественно, невозможно. Аделаида вот каким-то чудом ухитрилась – ну, так на то она и Аделаида, и староста, и вообще – честь и совесть факультета. А у меня при мысли о теории ЗОТС начинаются нервные тики, панические атаки и манифестируется страстное желание переселиться на веки вечные жить в подкроватное пространство – там меня никто искать не будет и, как следствие, не найдет.

Отдельно об Аделаиде – все-таки она поразительная личность. Выдержке, с которой она переносит наличие в радиусе поражения собственного отца, впору позавидовать. Я, собственно, и завидую, люто и бешено. Потому как лично у меня даже при приблизительных подсчетах законно- и незаконнорожденных МакНелли начинается скрежет зубовный, помноженный на страстное желание наварить геморройки (а то и извлечь из загашников пару тюбиков моментального клея) и устроить уважаемому профессору пару дней в исключительно вертикальном состоянии. Спроецировать на него лично (поелику ближе всех находится) тотальную и бесконтрольную месть за всех нам подобных. И расклеить по всему Хогвартсу листовки с наглядной иллюстрацией, демонстрирующий, как следует надевать презерватив и на кой черт магглы вообще его изобрели…

Да, я знаю, что экстраполирую. Да, может быть ни Франц, ни Кэрис, ни Аделаида не испытывают того острейшего омерезения от факта существования, которое сопровождает меня вот уже почти семнадцать лет.

Но все же… Все же!

Что мой биологический родитель был волшебником – тут и к гадалке ходить не надо. Да, маме на тот период и самой еле-еле семнадцать исполнилось, и удолбана она была в совершенно непотребное состояние, но вот что ЛСД на чувака не подействовало – это она запомнила. Это она первый и последний раз в своей жизни видела.

Вариантов не остается. Совсем не остается вариантов – потому как даже папочка, ну, тот который Фосетт-старший, при всем его выдающемся стаже, с марочек имеет свой галлюциногенный профит.

Нормальных людей с ЛСД штырит.

Нормальные люди, бля, не трахают семнадцатилетних маггловских барышень только потому, что оные барышни невменяемы и хороши собой до одурения, а в стране идет к финалу адова войнушка, на которой, вполне вероятно, все сдохнут.

По крайней мере, нормальные люди в этой ситуации озадачиваются вопросами контрацепции. Потому как в процессе, конечно, всем хорошо и весело, и это очень задорно – посорить генофондом по диаспоре, но кому-то потом всю жизнь за это расплачиваться.

И, глядя на мамеле и тату, я слишком хорошо понимаю, что счета эти оплачивать мне, мне и только мне. К неполным семнадцати у меня слишком дофига счетов накопилось.

Поздравьте меня – я банкрот. По праву рождения.

Как обычно – моего согласия никто не спрашивал. Добро пожаловать в дивный новый мир. Ты ему не рада, он тебе – тоже. Хоть в чем-то у вас полная солидарность…

Если бы я знала, кто мой биологический отец – я бы дала ему по морде. И не только по морде. И, возможно, ногами тоже. Потому что (о, это даже я понимаю!) нам с мамой очень повезло, что Фосетт-старший такой редкостный пофигист и вообще у них с мамочкой любовь до гроба, кто бы мог подумать. В противном случае… Даже думать не хочу, что было бы, расти я в доме бабушки с дедушкой.

За этот единственный в жизни мамин бунт (больше у нее ни на что силы воли не хватило и не хватит, не такого мама склада) мы могли бы заплатить жизнью в настоящем Аду, хотя ада и нету.

А так – всего лишь сквот. И Хогвартс.

Но беда в том, что если со сквотом я могу что-то поделать – послать все, всех, устроиться официанткой в какую-нибудь жопу мира и благополучно свалить на другой конец страны, то от магического мира мне засовываться некуда.

Это очередной выбор, сделанный за меня и без меня.

Поэтому своего биологического папочку я заочно, но страстно ненавижу.

На этом фоне Аделаидина выдержка повергает меня ниц. Она, кстати, и на младших курсах такая была – ответственность, спокойствие, как скажет что-нибудь – так словно полкило льда за шиворот высыпали. Причем не в смысле «опустить ниже плинтуса», а в смысле пинок для мозга – ну, чтобы хоть ради разнообразия к работе подключился. Что лично для меня – незаменимо.

А уж если ко всем этим радостям прибавить еще и тот факт, что Картер скорее сожрет собственную мантию без сахара, нежели стукнет – то получается то, что имеем. Со старостой факультету повезло несказанно.

Теория ЗОТС. Гостиная Хаффлпаффа. Здесь ничего не меняется. Константа Хогвартса – это именно гостиная барсуков, кто бы что ни говорил. Они, конечно, много чего поют в своем развеселом гимне – в том числе и то, что напоминает мне о доме. Любимая папочкина сентенция:

«Когда человек родится, он слаб и гибок, когда умирает, он крепок и черств. Когда дерево растет, оно нежно и гибко, а когда оно сухо и жестко, оно умирает. Черствость и сила спутники смерти, гибкость и слабость выражают свежесть бытия. Поэтому что отвердело, то не победит».

«…побеждает тот, кто гибок –
Кто выжил, тот и прав…»

Да, будь бы папочка волшебником – точно бы к черно-желтым распределился и, думаю, до самого выпуска никто бы его не видел…

Спорить с этим трудно, но все же лично для меня Хаффлпафф – это другое. Изворотливость – дело змеиное, водная, душная стихия. «Я вода, вода, я теряю форму, но суть – отнюдь…». Я не вижу факультета Хельги Хаффлпафф в этом.

Возможно, потому что учусь на Рейвенкло и что мне, собственно, досконально известно-то о чужих факультетах, кроме набора общепринятых штампов? Эти двери в Хогвартсе всегда закрыты: ты можешь зайти в гости, но мы тебе все равно ничего не будем объяснять, оставь наше – нам.

Тем не менее, в гостиной Хаффлпаффа всегда тепло, солнечно и чем-то поразительно вкусно пахнет. Корица, дерево, нагретый металл котелков для зельеварения, мед, вино…

Подушечки-картинки-записочки.

Если верить нормальным людям, то где-то так вот должно пахнуть дома в праздничные дни. Поверю на слово – у нас дома на праздник пахнет травой и только травой. Праздничная доза травы. Булочки с маком. Кексы с гашишем.
Конфетки, блять, с амфетаминами.
Думаю, если бы я родилась магглом, до десятилетия я бы точно не дожила.

К запаху корицы и вина примешивается аромат гвоздики, и первый раз в жизни в гостиной Хаффлпаффа мне становится тревожно и я не понимаю, почему.

Впрочем, у Роршаха всегда есть ответ. Еле слышно он напевает:

«Under the spreading chestnut tree
I sold you and you sold me…»

Вот не надо было этим летом с родителями на очередное антиглобалистское действо уезжать! Не надо! Заморочили мне всю голову этим своим неизбывным ужасом перед призраком Большого Брата.

Хха. Это они еще Кровавого Барона в плохом расположении духа не видели. Вот это, я понимаю, тиран и деспот… Аж радость разбирает, что помер и ничего существенного уже не натиранит.

А преподаватель дает задание проработать тактику и стратегию по поимке Чуда, коие, по замыслу, должно дать захапавшему ровно все, чего его душенька пожелает.

Две команды.

Соперники наши хотят Добра, мы – Справедливости, и, как водится, эти два понятия не пересекаются. Впрочем, мне справедливость, как обычно, до ноги, и я декларативно хочу поржать.

Дорогие сокурснички при виде меня, как повелось, даже и не пытаются замаскировать чем-нибудь вежливым стандартное выражение лица «Заберитееектонибудьотсюдапожалуйста», «мамочкичтоонанесет» и «зачемонавсеэтоговорит». Я же предупредила – я хочу поржать. А если я чего хочу – я прикладываю все усилия к тому, чтобы это получить. На их обалдевшие лица так прикольно смотреть…

Тут главное не сбиться с ритма и настроя и ни в коем случае не менять пафосно-серьезного выражения лица, иначе меня раскусят и ничего интересного не получится.

Сцепились с Моргаузой и Эйруэн не на шутку. Искры из глаз, треск и блеск. Реддл с такой страстью защищает идею Добра, что аж жуть берет. И облегчение, что на Слизерине таковые идеи вряд ли когда заимеют поддержку – а то они б, конечно, каааак нанесли бы нам всем оное Добро! Кааааак причинили бы благо!

Поколения четыре, думаю, не прочихались бы.

Пусть лучше все по-старинке будет – пришел слизеринец, сделал всем плохо и ушел.

Не люблю я сюрпризов…

Посклоняла методом свободного бредогенерирования в пространство враждующие стороны к поиску точек соприкосновения. Таковых, конечно же, нет, не было и не будет, но странно то, что их даже искать никто не хочет. И ладно бы на рожон и баррикады звал Гриффиндор – им по статусу положено, так ведь Хаффлпафф же!

…чуден Хогвартс при дождливой погоде…

Зато и результат дискуссии получился поразительным. Стратегия с тактикой свелись к тому, чтобы оставить Чудо в покое и пойти уже заниматься Добром и Справедливостью без помощи всякой неопознанной метафизической фиговины.

Надеюсь, преподаватель меня не сильно возненавидела, хотя… Экзамены-то не так далеко, как хотелось. А мне нужны, НУЖНЫ МОИ ТРОЛЛИ!

На теормаге директор Снейп рассказывает о сефиротах. Битый час рассказывает о сефиротах! И пусть даже профессор Кэрролл, выступая в качестве классной доски, изрядно добавляет задора, но я не могу отделаться от ощущения, что вместо Хогвартса каким-то макаром перенеслась в Портсмут, и дед посреди гостиной с кучкой таких же мудрецов разбирают по косточкам всю Каббалу. Единственная отрада и отвлечение от страшных воспоминаний о собственной Бат-Мицве – это Аделаида. Процесс превращения из старосты в нормального человека стартовал – всю лекцию по теормагу Картер проспала.

Так держать!

Чары… Г-спади, как же нежно я люблю этот предмет. Где я еще смогу все отпущенное время абсолютно, непревзойденно тупить и на каждое слово преподавателя делать большие страшные глаза?
«Давайте повторим Максиму…»
Мерлиновы кальсоны, какая Максима, я симплу-то до сих пор не знаю!
Кроме Ступефая, конечно же… О, ступефай! Как много в этом звуке! Сколько часов я на младших курсах пролежала ссаным матрасиком, раз за разом проверяя, нет ли какой-то лазейки в Законе Трех Заклинаний!

Лазейки, увы, нет, от чего я печалюсь и по сию пору: в драке у меня завсегда самым любимым оружием был кастет, а что такое ступефай, как не магический «кастет-по-затылку»?

Отработка старшим курсом Максим с обратным хватом палочек все так же напоминает постмодернистский балет с совершенно безумным хореографом во главе. Кстати, о безумии – профессор Кэрролл в этом семестре, кажется, окончательно сроднился с Распределяющей Шляпой, ввиду чего призрак Большого Брата в моей головушке прочно заместился призраком Безумного Шляпника. Все занятие ждала, что наш декан лучезарно оскалится, заявит, что мы здесь все не в своем уме и во имя Ее Величества Червонной Королевы срубит кому-нибудь голову.

Как обычно, надеждам моим не суждено было сбыться.

На трансфе профессор МакНелли всю лекцию стоит. То ли кто-то реализовал мою мечту о геморройке, то ли он эти мысли предугадывает и предусмотрительно не рискует… В любом случае, я уже который год, как смирилась с тем, что «йети – во что-нибудь» - мой потолок, и хватит об этом.

Не в способностях к трансфигурации моя ценность.

И не в чарах.

И вообще, нету у меня никакой ценности.

Зато я способна заебать даже мертвого и тем самым еще в раннем детстве, по словам Миротворца, гарантировала себя от участи жертвы киднеппинга. Гаррет как-то раз доверительно мне сообщил, что в случае чего – меня даже шахиды вернут через полчаса.

С доплатой.

На том и стоим.

И, наконец, в качестве финальной вишенки на тортике – драконология!

Нет, ну это ж надо, а? Вот столько лет без драконологии жили, и ничего – а тут нате, жрите, не обляпайтесь. При учете того, что вменяемость драконологов живо напоминает мне вменяемость наших, сквотовских.

Но есть один маааааленький нюанс – наши ничего опасней бульбулятора в руки не берут, а эти заправляют двумя воплощениями энтропии посреди пространства, чуть более, чем полностью заполненного малолетними долбоебами разной степени ебанутости.

Драконы вызывают настойчивую ассоциацию с летающими танками веселенькой расцветочки. Ооооочень круто. Ооооочень масштабно. Очень четко понимаешь, поглядев в вольер, что вот он – пиздец!
Прямо здесь!
Прямо сейчас!
Да-да, именно как-то так я его себе и представляла.

Разумные сокурсники стоят на дороге и носа в вольер не кажут. Неразумные, конечно же, лезут общаться и выполнять гоблинский квест в стиле третьей Кирандии.
И ладно еще гриффиндорцы – им всегда больше всех надо. Ладно еще Эйруэн – она вообще невесть что на Хаффлпаффе забыла, не иначе, как Шляпа была обкурена. Ладно Аделаида – ей, как старосте, положено быть впереди планеты всей…

Но я-то! Я-то за каким хреном туда полезла?! Меня, конечно, в жизни никакие животные, хоть магические, хоть не очень, не трогали, но дракон – это вам не соплохвост. И даже не стаффордширский терьер в период брачного гона!

…прав Миротворец. Рано или поздно мой нашинкованный в мелкий фаршик труп найдет в канаве какой-нибудь бедолага. И это никого не удивит.

Думаю, что даже не особенно как расстроит.

Да простят меня все обожатели драконов, которым придется потом читать эти строки и которые всю жизнь стоят на том, что Драконы – это воплощение Магии, Великой Справедливости и вообще всего-всего-всего, но с позиции человека, первый раз за неведомым хреном попавшего в загон с этой прелестью (две штуки, один зеленый, один черный, но на способность сожрать тебя не чавкая цвет не влияет) Дракон – это огромное деструктивное животное!

Думаю, фартануло мне на этом уроке настолько сильно, что теперь лет десять фарта не видать. Хватило ума воспринять всерьез слова драконологов о поведении с их убийственными подопечными: лесть, низкопоклонство и вкусненькое.

Ага, это мы знаем, это мы умеем, не первый год замужем.

С «бобби» тактика та же самая, если во время разгона демонстрации не хватило времени и ума свалить загодя. Неправильно посмотрел – дубинкой по ребрам. Недостаточно вежливо выразился – еще и ребром  ладони по затылку. Нет при себе ничего взамен собственной персоны – отмудохают так, что небо с овчинку покажется. Думаю, самая существенная разница, что в случае с «бобби» тебе обеспечена неделя в околотке, а в случае с драконами – в больничном крыле.

И в обеих ситуациях 50% говорят за быстрый и решительный путь на кладбище.

Но что-то я все-таки поняла. С Зеленым Драконом. Не сказать, чтобы контакт, о каком контакте тут может идти речь, но, по крайней мере, он подпустил меня достаточно близко, чтобы его можно было как следует рассмотреть.
Так вот где собака-то порылась…
Дракон вблизи – это нечеловеческая, почти непереносимая красота. Это красота уровня «сделайте мне развидеть это».
До оторопи.
До полного нежелания еще раз это видеть.
Не для человеческого глаза.
Черт подери, куда мы лезем-то?!

Впрочем, зрелище угандошенной этой самой непереносимой красотой старосты факультета быстро и решительно возвращает в реальность.

Нафиг! Все быстро и решительно – нафиг. Мы люди простые, развлечений у нас мало, и до тех пор, пока мне не вернут мою Аделаиду в целости и сохранности, я из Больничного Крыла не уйду.

По счастью, на этот раз вроде все обошлось.

Но чтоб я еще хоть раз… Хоть раз…

Да идите все лесом, я лучше еще раз без заточки против четверых выйду. По крайней мере пойму, кто, за что и почему меня убил.

Кстати. Драконологи еще предупреждали, чтобы не совались к драконам те, кто умеет Темную Магию.
Скверный маркер – что в Англии с Темной Магией всем известно. Неужто?..
Даже думать об этом не хочу.
-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

…и вскоре после начала семестра у Рейвенкло сорвало башню!

Нет, ну в прямом смысле – сорвало. Ваще. В нулину. В живописные развалины, щедро присыпанные сверху конспектами, ингридиентами для зелий и учебными свитками. В такую степень, что даже декановское Репаро Ультима только слегка поворошило наиболее неустойчивые каменюки.

А еще приехала профессор Ржезач!!!!!!!

Узнается с другого конца улицы по звуку. То есть – по звону колокольчиков на браслетах.

Вот что удивительно – она столько раз мне (да и не только мне) говорила, что без Темной Магии мир неполный, что все без нее не так, и так далее, и тому подобное, этсетера, этсетера. А ее саму при том, кажется, даже в темноте видно будет.

Профессор Ржезач словно сияет.

И даже на улице становится теплей, и наконец-то прекращается дождь.

Нет, у нее, конечно, как у всего их поколения, тоже хватает написанных на лице кошмаров, от которых не отплюешься, хоть еще десять жизней проживи. У нее с лихвой хватит цинизма на десять БК (хотя их в этом плане переплюнуть будет сложновато даже, думаю, Панку). Но в отличие от подавляющего большинства ветеранов – в Велеславе Ржезач живет надежда. Не вымученная по принципу «ну мы столько лет дохли, не зря же, наверное…», а просто потому, что надежда по факту рождения – ее часть. Она, наверное, прошла через Ад. Он не допустила, чтобы Ад прошел через нее.
Будем жить, пехота!

…но жить – хреново. У кого-то с нашего потока наверняка опизденительные способности к Прорицаниям. Ну, я на какие-то способности вообще никогда не замахивалась, но вот жопа у меня – это да. Не в плане дамских форм, с этим, боюсь, еще хуже, чем с чарами, а в плане учуивания дерьма за километр. Я писала, что от драконов ничего хорошего не ждать?

Ой, вы таки удивитесь, насколько ж я права-то была!

Поиграли, значит, детки в квиддич. Певерелл в ультимах, слизеринцы в ультимах, Артур в ультимах… С ног до головы. Одна другой страшней. Хогвартс стремается показать нос из гостиных – дракон. Черт его знает, что он на тренировке со студентотой нашей сделал, но результат – на лицо. Точнее, на лицах. Тех, кто в больничном крыле.

За Ханну беспокоюсь. Очень, очень беспокоюсь за Ханну.

…она чем-то напоминает мне маму. Не именем, нет, когда мамочку последний раз Ханной звали она и сама, думаю, не помнит. Общее – масть, черные локоны и трогательный, с хитринкой, взгляд каре-зеленых глаз. Пластика движений. Обманчивая беззащитность. Обманчивая ли?..

И жизнь. С ума можно сойти, сколько жизни в отдельно взятом человеке – не вымученной, не назло всем, не в пику злобному вражине, а просто так, потому что иначе невозможно. Жадность до всего настоящего – впечатлений, вкусов, запахов…

Из таких, как Ханна потом, по идее, должны получаться самые лучшие люди. Но я знаю, я точно знаю, что не получаются, потому что приходит Судьба и херачит с ноги поддых и еще куда-нибудь херачит. С размаху.

С оттяжкой.

Чтоб сидел себе, талантливый такой да живой, под плинтусом и носу оттуда не смел казать. А то ведь как возьмешься, как переделаешь этот сраный мир, а он возьмет – да и заправду лучше станет. А этого допускать нельзя.

Вся эта настоящесть, вся эта незашоренность и готовность смотреть вперед и вглубь – это словно клеймо. Как отягощенный семейный анамнез. Знак бесконечной обреченности на то, что дорогое мироздание в лепешку расшибется, но устроит тебе Ад, Израиль и кровавую баню в марсианском аду.

Мамочку мою поставили на место моим незапланированным появлением за свет. Ей хватило.

Собственно, в семнадцать лет кому угодно бы такого хватило.

Что будет с Хейзел? Что я могу сделать, чтобы этого не было? Я не хочу не суметь ничего! Ребята в БК с сектумсемпрами и еще Б-г знает какой стремной херней. Не надо быть рейвенкловцем, чтобы понять, на что это все указывает.

Темная магия.

As is.

…и спектр возможного дерьма на головы младшекурсников волшебным образом разрастается до плюс бесконечности. Хер с ними, с ультимами, по большому счету. Раны заживут, колдомедики, если верить их словам, и не такие конструкторы собирали. Но Темная Магия придет по их души. По наши души. И кого не поломает – тому так насрет, что живой да позавидует мертвым.

Потом... а потом, как всегда у всех, глотавших желтый туман -
если оставил в живых успех, да вдруг не пуст карман,
то значит сидишь - один, один, и в ужин один, и в обед, -
и красишь солому своих седин в трусости желтый цвет.

А у Ханны, кажется, уже беда. Или наоборот – счастье привалило – конкретизировать не рискну. Короче, втрескался ребенок. По ушки, усики и все прилагающееся. Нет, в целом-то даже я понимаю, что влюбленность это скорее хорошо, чем плохо, но… Целых два «но»! Во-первых, в лучших традициях Рейвенкло, девочка желает разложить происходящее по полочкам и составляющим, и, как следствие, целостность картинки – нулевая. Это ж все равно, что рассматривать с лупой эпичное полотно маслом!

В итоге, разумеется, на прямой вопрос «Втюхалась шоле?!» я получаю ответом пространную лекцию о природе и механике чувств и эмоций (помноженную на возрастную неискушенность в вопросе «куда девать витальность?») и жалобное «Не знаааааю!» в конце.

Беда просто с родным факультетом. Я уже который год жду, когда Аделаида разморозится, но, чувствую, хрен дождусь. Видимо, в этом вопросе папочкин пример работает как надо.

Во-вторых – объект нежных чувств… Реддл! Рапунцель наша! Всю жизнь была уверена, что вейловская магия работает только в направлении от тетенек к дяденькам, а вот поди ж ты. Артура, чуется мне, к концу семестра барышни на сувениры порвут.

Ханна, бедная, аж в ступор впадает при виде – словно не старосту Хаффлпаффа видит, а не меньше, чем дементора верхом на самосвале.

Короче, так ее штырит, что даже не знаю – сочувствовать или завидовать.

У нас с Панком было проще. Мы нажрались и все тут. Этой тактики до сих пор и придерживаемся – а то ему разница в возрасте на мозги давит, а мне… мне, в общем, тоже много чего на них давит. Поэтому мы пьем, как портовые грузчики и обретаем волшебную способность не думать и утром со стыда не краснеть – один хрен, никто ничего не помнит. Ни-че-го личного.

Спровадила, короче, ее в БК: во-первых, может от созерцания что-то в мозгах прояснится, во-вторых – лишние руки сейчас в БК совсем не лишние, ну и в-третьих – там ейный дядюшка. Он за девочкой всяко лучше меня проследит.

…до вечера торчала в Запретном Лесу – инспектировала, что где валяется и когда все это кончится. Хорошо там. Тихо, мирно и словно даже и не Хогвартс. Одно из немногих мест на планете, где мне действительно хорошо. Даже в Золотом Саду – не так.
Сядешь посередь бурелома, опишешь какой-нибудь чашелистик на субмолекулярном уровне – и никто, никто на тебя все это время не смотрит, ничего о тебе не думает и ничего от тебя не хочет.

А ночью с Ханной ушли в библиотеку. Оставшийся факультет приютили барсуки - спасибо Хаффлпаффу, что есть он у нас: Эрин за сегодняшний день измучилась совсем, да и Аделаиде после развлекательной драконологии явно надо принять горизонтальное положение больше, чем на два часа.

Обсудили все на свете, оборжали все, что вспомнили, поделились планами на будущее. Ну, то есть Ханна поделилась – с моим будущим и так все ясно: к тридцати я сопьюсь, а к сорока помру от цирроза печени, потому как генофонд есть генофонд, а дедуля если в чем уверен – то спорить глупо. Хотя… как знать, как знать. Если Темная Магия действительно возвращается, развязка может быть куда быстрее: пятнадцать лет маятник удерживался.

Так что теперь если шибанет – то точно никому мало не покажется.

Сегодня были цветочки. Да даже не цветочки – так, бутончики…

У Ханны феноменальные способности к трансфигурации. Это что-то с чем-то. Я за годы обучения всякого насмотрелась, но чтоб так! С места в карьер – и на таком уровне… Смеха ради странсфигурировала мое перо в огурец. Не сказать, чтобы очень удачно, огурец пишет и жрать его я не рискну, но фишка в том, что вместо положенных пяти минут эффект держится уже не первый час и, кажется, спадать не собирается.

Уползая из библиотеки на рассвете так и написали, в надежде, что будущие поколения найдут меж стеллажей этот привет из безумного 2018:

«Ханна и Сарра были здесь. Пишу огурцом, извините за неровный почерк. Миру – мир! Войне – пиписька!».

Конспекты по травологии доделаны, общий перечень вопросов, необходимых к уточнению ясен.

Будущее туманно.

Туман тает во тьме.

Ветер завывает в руинах башни и сидя в гостиной на развалинах можно наблюдать звездное небо.

Проснулась среди ночи в ужасе – поняла, что не знаю, как зовут Панка.
Б-женька, засунь меня обратно в мамку и надоумь ее сделать аборт.
«Лучше было не родиться – это было бы честней».

О, Запад есть Запад, Восток есть Восток - и много на свете есть
занятий. Но только ступил за порог, - как некогда и присесть;
и будешь до смерти идти сквозь народ, безумствуя и хохоча,
По этой грёбаной Элли-роуд из жёлтого кирпича.

Стихи – (с) vsparrow



...продолжение следует...

Tags: отчеты
Subscribe

  • Благодарности от Майлза Блейтчли

    Спасибо мастерам за проделанную работу, бессонные ночи и потраченные нервы. У вас получилось сделать великолепную игру, которая превзошла все мои…

  • Благодарности от Грейс

    Люблю писать тексты, пока эмоции свежие. Многие меня знают, как ролевого фотографа. Я, действительно, раньше практически не играла. Этой весной у…

  • Благодарности от Беатрис Блэк

    Семестр про альбедо в самом алхимическом смысле, очищение, отсечение лишнего и соитие мужского и женского, идущее тонкой белой нитью на всех уровнях.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 80 comments

  • Благодарности от Майлза Блейтчли

    Спасибо мастерам за проделанную работу, бессонные ночи и потраченные нервы. У вас получилось сделать великолепную игру, которая превзошла все мои…

  • Благодарности от Грейс

    Люблю писать тексты, пока эмоции свежие. Многие меня знают, как ролевого фотографа. Я, действительно, раньше практически не играла. Этой весной у…

  • Благодарности от Беатрис Блэк

    Семестр про альбедо в самом алхимическом смысле, очищение, отсечение лишнего и соитие мужского и женского, идущее тонкой белой нитью на всех уровнях.…