Esther (ex_militari) wrote in hp15years,
Esther
ex_militari
hp15years

Categories:

Посмотри в глаза чудовищ. Часть третья.

...дни, которые начинаются с судорожных поисков собственных писчебумажных принадлежностей в развалинах башни, не могут быть хорошими по определению. Раздражение накатывает с самого утра, как только продираешь глаза в чужой гостиной (утешает только то, что не в чужой койке с неустановленной личностью под боком), приумножается к обеду, а к вечеру достигает своего апогея. Держать себя в руках решительно невозможно.
Бесит все. Решительно все.


Бесит настолько, что я на Зельях перещеголяла саму себя: из принципа. Задолбали эти невнятные, никем не объясняемые правила, почему варить надо именно так, а никак иначе. Нет, ну действительно же! Зельеварение из всех предметов, по идее, имеет действительно близкий и похожий маггловский научный аналог: химию.
Хрестоматийный пример: не приливай, химический нуб, воду к серной кислоте, если хочешь ее разбодяжить, а приливай серную кислоту к воде. На вопрос: «А почему?» есть логичный и внятный ответ – при растворении HCl выделяется немеряное количество энергии, и если кислоты в избытке, то в реакцию с ней вступает ровно вся приливаемая вода. Конец немного предсказуем: температура повышается, кислота брыжжет во все стороны и юный химик, матерясь и стеная, отправляется в ближайшую больничку либо в ближайшее кастинговое агенство – пробоваться на роль Фредерика Чарльза Крюгера без грима. А если наоборот – то в избытке у нас поначалу как раз вода, и все идет тихо, мирно и красиво, ничего никуда не летит и получаем мы нужную нам концентрацию серняшки. Законы природы, детка!
Но вот попробуй на практикуме по зельям спросить, почему это вдруг ни в коем случае нельзя помешать готовящуюся байду вместо палочки – ножичком, и не посолонь, а противусолонь! И весь преподавательский состав смотрит на тебя, как давеча на лекции по теормагу в гостиной слизерина – портрет Салазара. То есть – как на говно.
Нельзя – и все тут! Потому что. Ибо ваистену да будит так.
…бесит…
Эйруэн смотрит на загубленное зелье в тоске и печали и принимается варить новое. Вот перед ней, кстати, даже немного неловко. Она-то, собственно, тут при чем?..
Видимо, забыла за каникулы, что значит встать со мной на зельеварении в пару.
Профессура с брезгливым интересом смотрит на процесс извлечения недоэкстрагированной розы из бутылочки при помощи шприца-пятерки.
- Вы, наверное, магглорожденная?
- А что, по мне незаметно?
Конформистские жопы. Вот вроде нам с младых ногтей в оба уха льют розовый сиропчик на тему тотального равенства всех, наделенных способностью махать палочкой, но стоит тебе:
Облажаться;
Вручную набить кому-нибудь морду;
 плохо сдать экзамен;
просто задать неочевидный вопрос
И все сразу вспоминают, кто ты и откуда такой взялся.
Чувствуете глобальную разницу между понятиями «идиот» и «магглорожденный идиот»?

БЕСИТ!
Шаг вправо, шаг влево – побег, расстрел. Прыжок на месте карается, очевидно, как попытка улететь.
Доваривать свой эксперимент не стала – настроение окончательно ушло в задницу, пообещав никогда, никогда больше ко мне не возвращаться.

Зато я умею делать напалм, бомбы из муки и знаю порядка десяти способов варки винта. Когда через год я торжественно выпущусь из под сени замка в Больной Безумный Маггловский Мир, черт его знает, что мне понадобится больше.

Преподаватели дают задание: сваренное, андрогинку то есть, – выпить, последствия - законспектировать.
Вот даже не знаю, есть ли на данный момент зелье, которое меня бесит сильней, чем андрогинка. Редкой бесполезности штуковина, если хорошенько подумать.
Нет, нам, конечно, нагнали три километра пурги об анимах и анимусах, необходимости их примирение и вообще сакральной важности процесса познания самого себя…
Я молчу. Я, как умная, молчу в тряпочку о том, что эффективнее всего человек учится познавать себя лет эдак в одиннадцать, когда понимает, что наши руки – не для скуки.
Хотя могла бы напомнить, что маггловский многовековой опыт в плане общения с собственным подсознанием дает нам три тонны нечеловеческой мудрости: не буди спящую собаку. Не лезь познавать темную сторону Луны.
Чувак, тебе реально не понравится результат!
Я вот этих самых познаний внутреннего мира насмотрелась за шестнадцать лет и в профиль, и анфас, и даже в разрезе. Разрезы и прочие мясо, кровь и кишки обычно наступают, если умник, добывший грибочков, забывает убрать все колюще-режущее из пределов досягаемости умника, этих грибочков пожравшего.
Адепты Кастанеды, ебаный карась!

А если вернуться к андрогинке, то даже если принять во внимание, что штырить с нее – не штырит в общепринятом смысле, то итог все равно грустный.
Те, кто под действием этой мути глядя на себя в зеркало обнаруживает там воплощение своего идеала, мгновенно улетает в жопу, если имеет хотя бы полторы извилины в голове. Увиденное ему все равно никогда не найти, а получать по морде полным осознанием невозможности идеала в семнадцать лет – это, господа хорошие, уже слишком. Конечно, рано или поздно все наши иллюзии превратятся в неаппетитное месиво из того, чего не может быть, смешанного в неравных пропорциях с тем, что нам придется принять за неимением лучшего. Но своим ходом этот процесс идет постепенно, а не так вот: головой в унитаз… Каждый человек имеет право верить, что он достоин лучшего.
И ни одна сука не имеет право показать это самое лучшее, а потом доходчиво объяснить, что с вероятностью в 99,9% тебе все равно придется жрать дерьмо, ибо ничего, кроме дерьма не бывает.

Еще неполовозрелый чувак может испить андрогинки в смутных сомнениях – а вдруг, родись я с другим хромосомным набором, получился бы личностью более внятной?
Это тоже гадкий вариант. Потому как если вариант себя с другой пиписькой устраивает больше, количество претензий к мирозданию переваливает за все мыслимые границы, а мы имеем в итоге потенциального обитателя психиатрического крыла Мунго.
Если же  результат повергает в транс и желание эту кучерявую фифочку (этого вонючего кобелину), который пырится на тебя из зеркала, пристрелить на месте из магнума, то тоже ничего хорошего. Рано или поздно до рецепиента доходит, что его ценность для себя самого неизбежно завязана на вульгарную и неволшебную физиологию, и стоит только выйти за рамки привычного – фрустрация неизбежна.

Ну и, наконец, самый грустный вариант, касающийся в подавляющем большинстве прекрасной половины человечества. Девочки пьют андрогинку, чтобы почувствовать себя мальчиками. Они уверены, что мальчикам живется проще и с обретением волшебной палочки №2 между ног им резко станет легче жить и все-все-все сразу встанет на свои места. Просто праздник фрейдизма какой-то!
И бесполезно даже начинать объяснять, что «настоящий мужик» - понятие негендерное, и что если нет ментальных яиц – хоть об стенку бейся, но яйца физические делу не помогут.
Плацебо. Пустышка.
Проблема, которую тебе мешали решить сиськи, после андрогинки помешают решить яйца.
Потому что, вообще-то, для решения проблем используются только мозги, а они от вторичных половых признаков почему-то не зависят.

Впрочем, это касается только имеющих мозг и пьющих андрогинное зелье с психотерапевтической целью. Интеллектуальное же большинство радостно ржет, глядя на себя в зеркале, и пускается в сомнительные интимные авантюры.
Пожалуй, это единственная категория населения, которой андрогинка действительно идет на пользу. Ну, по крайней мере не приносит вреда.

В общем, в меня андрогинку запихать можно разве что под угрозой немедленного расстрела из рогатки наповал. В гробу я видела всю эту долбанную психоделику: меня устраивает моя половая принадлежность. И сексуальная ориентация, кстати, тоже устраивает. А что до подсознания, так я его не знаю и знать не хочу. Мне сознания хватает по самое не балуй.
Ничего хорошего нету на Темной Стороне, ничего доброго не может выйти из Страны-в-Шкафу. И нечего сбивать с этих дверей старательно навешенный амбарный замок.
Анакин Скайуокер не даст мне соврать.

Мистер Кэрролл негодует. Коллективными усилиями мы таки вогнали Рейвенкло в минус. Впрочем, в этом году это дается проще, чем раньше – педсостав снимает баллы по принципу желания левой пятки, что лично меня не может не радовать, однако декан наш, кажется, в шаге от того, чтобы пооткусывать нам головы. Он не понимает, что набрать баллы каждый ботаник сможет, а вот остаться школе должным сапфиров общей стоимостью в три годовых оклада среднестатистического менеджера среднего звена – это надо очень, очень сильно постараться и приложить массу усилий и смекалки.

Всеобщее задрачивание на баллы, кстати, бесит тоже.

Отдельной статьей в списке «Стопиццот мульенов вещей, которые доводят меня до белого каления» идут драконологи. О, вот уж кто бесит так бесит!
Суди сам, дорогой дневничок, дислокация такая: единственный вменяемый предмет, то есть – травология. Единственные небесящие студенты – то есть младшекурсники. Они даже косячат нормально. Ну естественно, учась на первом курсе и наткнувшись на неизвестного вида траву, как должен реагировать человек? Ясно как – сорвать и поглядеть, что получится… Профессор Ржезач, конечно, от такого не в восторге, а я вот Франца очень даже понимаю. Если тебе что-то дается, то безусловно надо брать. А с прилетевшими пиздянками разберемся после.
Но Францу, как говорится, не фартануло – он дернул не абы что, а тирлич. И на глазах у изумленной публики заделался пикси.
Пикси – скотинка мелкая, безвредная и лично меня, как любая скотинка, очень радующая, благо «пилюлек» с собой все время в избытке, и побоку, что Францевы неплохие мозги на это время ушли в дали дальние – вот прям никто в первые годы обучения не огребал неприятных последствий от непродуманных действий…
Но вот фактора «драконологи» как-то никто не учел.
Картина маслом – великовозрастные уроды, устроившие «аристократическую охоту»! И пикси в качестве мишени.
Если бы не профессор Ржезач, которая в минуту жизни трудную способна рявкнуть так, что взвод нежити по стойке смирно встанет, да еще и от ужаса описается, даже не знаю, чем все могло бы закончится. Как минимум, один студенческий труп точно был бы – мой, поскольку руки чесались, пацифик рвался в бой, а что может случиться, если полезть с кулаками на неадекватного взрослого волшебника при палочке и умении всяких интересных Ультим, я, конечно, не знаю, но могу догадаться. Поскольку если полезть с кулаками на пристающего к маменьке бухого маггла – получается сложносоставный перелом руки, сотрясение черепного вакуума и три выбитых зуба.
Полная, короче, победа сил добра над силами разума.

Впрочем, мой личный счет к драконологам слегка уменьшился – дяденька Маскитус при виде меня теперь делает несчастное лицо, хватается за палочку и пытается кастовать Ридикулюс. Встану завтра в семь утра и начну гордится.

Но если взять себя в руки и прекратить ерничать и беситься, картинка рисуется страшная. И привычная.
То, что я знаю чуть ли не с рождения, то, что знали почти все мои однокашники по нортгемптонской начальной школе (и была на седьмом небе от счастья, когда поняла к концу первого курса, что в Магической Великобритании – не так!) – взрослым нельзя доверять. Чаще всего так называемый взрослый – это тот же самый Джимми Уинстон из параллельного класса, с запущенным СДВ, склонностью потрошить бесхозных кошечек и патологическим стремлением надрать задницу каждому, кто даст загнать себя в угол.
Они не становятся старше. Они становятся сильнее и злей.
В третьем классе мы уже все доподлинно знали, что если взрослый тобой заинтересован – это подстава. Плюнь в лицо тому, кто начнет уверять, что «солдат ребенка не обидит» и что возраст может защитить.
Ничего подобного.
Возраст только делает из тебя жертву, приближенную к идеалу. Жертву, которая пока еще не знает, что ее ждет.

Повторяется шепот,
Повторяем следы,
Никого еще опыт
Не спасал от беды…


Я не знаю, насколько расстались с иллюзией безопасности мои сокурсники. Но вот новый набор не расстался совершенно точно. Это надо исправлять.

ЗОТС тоже… нервируют – хотя и меньше, чем ожидала. Побегаешь-попрыгаешь, глядишь – а беситься-то уже и силенок не хватает. Тестостероновая агрессия ушла в отработку ступефаев.
Аврорский тренажер с двумя оборотнями и одним вампиром – и в итоге куча-мала, заклинания схлопываются еще до того, как сокурсники успевают их договорить. На самом деле, это по-настоящему невесело и очень даже понятно становится, почему декан Сталкер тоже смотрит на подавляющее большинство курсантов, как на говно. Драться хотят все. Умеют – многие.
А вот с работой в команде и стратегическим мышлением, прямо скажем, напряженка. Так что если вотпрямщас на нас что-нибудь кааааак нападет с желанием странного – нам, господа, труба. Лучшие бойцы лягут в первые же минуты по той причине, что никому не приходит в голову, что слабых бойцов надо использовать только в одном качестве – качестве живого щита.
Аделаида после таких предъяв как-то странно на меня смотрит, но что я еще могу сказать? Вернулась. Темная. Магия.
Значит, все будет плохо и «не все доживут до зимы».
В вопросах выживания не стоит быть привиредливыми.

...теперь многое становится яснее. Например, то, почему грань между Чарами и ЗОТС от года к году становилась все тоньше и тоньше – по сути, одно являлось практикумом к другому. Интересно, многие ли из нашего потока сейчас навскидку вспомнят тонкости жеста Тергео. И чем оно отличается от Экскуро.
В каких случаях эффективен импервиус, а когда проще махнуть рукой и пост-фактум использовать фумо.
Когда в последний раз кто-то просил научить делать Орхидеус.
Кому, в конце-концов, придет в голову, что инсендио – это прежде всего симпла и нужно, чтобы без лишних проблем разжечь камин.

Интересно, нынешний набор вообще будут всему этому учить?

Нам уже давненько не напоминают ни о чем, кроме того, что может пригодиться в бою. И, думаю, если кто-то из преподавателей и вспомнит вдруг о Фумо, то разве что в разрезе применения заклинания для скорейшего превращения противника в мумию – как знать, что может сделать простая «сушилка» на ультимном уровне…
Все точь-в-точь как у магглов – что бы ни изобреталось, в конечном счете получается оружие.

Так странно… Нас учат рикутмсемпре, максимному инсендио и импедименто – всех. Но Эпискеи в курс молодого бойца не входит. Возможно, ломать проще, чем лечить – я так думала почти шесть лет. Но все очевидней – в мясорубке нет времени на то, чтобы ставить кого-то на ноги. Выживших подберут потом – если будет кого. И если будет – кому.

За чужую печаль
И за чье-то незванное детство
Нам воздастся огнем и мечом
И позором вранья,
Возвращается боль,
Потому что ей некуда деться,
Возвращается вечером ветер
На круги своя.


Наверное, все идет так, как должно идти. Я постараюсь в это поверить.

На чарах долбим будущие свои ультимы. Рапунцель выбрал Флоридус… Отважный человек. Эйруэн жаждет Инсендио. Какой чудесный парадокс – у будущего колдомедика первая Ультима – способная убить.
Эйруэн нервная… Что под андрогинкой, что без нее. Наверное, ее тоже все бесит.

Одно радует – о драконологии пока больше никто не заикается. В любом случае, даже если будет – я ее прогуляю. Кроме всего, о чем я писала выше, от общения с этими летающими танками зашкаливает витальность. И прям так сразу жить охота – аж не знаешь, куда себя деть. Вот во всех смыслах жить охота. Особенно что касается идей о продолжении рода.
Чтоб их всех. Предупреждать же надо. Кому-то из сокурсников, думаю, проще, а уменя – очередные цорес на тохес.
Я! НЕ СПЛЮ! С ВОЛШЕБНИКАМИ!
Идеосинкразия у меня. Отвалите, я не играю.

Слизеринцы бесят вообще! Прям нечеловечески бесят слизеринцы. Как вижу зеленый цвет – так забываю значения слов «гуманизм» и «ахимса».
Один постоянно доебывает на тему «Нельзя волшебную палочку за ухом держать». Честное слово, еще один кривой жест в направлении моей головы, и я не пожалею Мазаль – засуну ему прям в задницу. И аргументирую тем, что там, наверное, ей храниться надежней.
Лестрейндж кидает понты и требует обращаться к нему на «вы». Ага, а еще, наверное, на спинку пописать, чтоб морем запахло. Еще мне не хватало однокурсникам «выкать». Облезут. И обрастут. Неровно.
Поттер – это ваще. «Ага, мальчик с младшего курса Рейвенкло!». Пока я хватала ртом воздух, Аделаида ему, конечно, объяснила, где заканчиваются мальчики с младших курсов и начинаются девочки со старших, а он, гад, возьми – да и извинись.
Нет, ну кто так дела делает? Наехал – так отвечай! Будь мужиком, блеать! Я уже и пацифик с шеи потянула, и вес на левую ногу перенесла…
Слизерин – факультет обломов и отсутствия нормального человеческого драйва. Опытным путем проверено: стая слизеринцев, услышавшая фразу «Хочу вульгарно подраться вручную» немеет и рассасывается в неустановленных направлениях.
…как жить с такими людьми?
А ведь они ж еще потом и женятся. И детей заделают.
В упор не понимаю, как можно трахаться с человеком, который не умеет вручную бить морды супостатам. Ну даже Фосетт-старший, совершенно бесполезное существо – так даже он умеет! Своими глазами видела шоу «Папа после демонстрации выбивает зубы провокатору» - и после этого наконец признала, что и от него может быть какой-то толк.
А эти? Отними у них палочку – и что они смогут? Десятилетка с окраин Ист-Энда одной левой уложит, а правой – закопает.
А-ри-сто-кра-ты.
БЕСИТ!

А преподаватели требуют от всех факультетов стихов на строго заданный размер про злоключения некоего лирического героя в огне, воде и медных трубах.
Как обычно, лучший способ добиться того, чтобы Сарра Фосетт чего-то не сделала – потребовать от нее что-то сделать. После третьей строфы, исполненной тошнотворного пафоса и низкопробных глагольных рифм, я плюнула, сдалась и наваяла факультетские кричалки.

Потом еще обряд какой-то стремный, очередного дракона призывают… Нет, ну вот тех, что уже есть нам будто мало! Дракон приходит, поливает всех говном на тему «Чо-та тьмы многовато будет» и валит.
А я перестаю контролировать себя, и, подхваченная под белы рученьки Аделаидой, водворяюсь в Больничный Корпус. Их, видите ли, нервирует моя фраза «Хочу домой». То есть всем, значит, можно хотеть домой, а мне – не можно! Я, типа, самая рыжая!
Дают выпить какой-то мозговыламывающей дряни.
Ох, не зря, не зря я никогда всяким душеведам и мозготрахам не доверяла!
Зелье работает. По идее, оно должно заставлять человека тщательно обдумывать все, что делается. Или что-то вроде того.
В общем, меня теперь все не просто бесит. Меня теперь все ОБОСНОВАННО бесит!

И на этой радужной ноте профессор Ржезач изымает меня из общешкольного процесса ожидания Самайна. Единожды подписавшись на углубленную травологию – к ритуалистике будь готов!
Всегда готов!
Зеркало в пентакле, долгие, напряженные «последние наставления», воздух от общей нервозности, кажется, искрит. Я сижу в углу, стараюсь не отсвечивать и обмозговываю единственное ЦУ в свой адрес: если что – хватать на мобиликорпус того, кто ближе, и валить со всей возможной скоростью.
Тихие, мирные и безопасные хогвартские ритуалы. Взрослые умные люди пытаются вытащить взрослого умного человека из какой-то настолько глубокой задницы, что в сравнении с ней Марианская впадина, очевидно, покажется детской лужицей.

Что-то идет не так. Воздух холодеет, разрежается, становится почти осязаемым… Тихий женский голос с тоской, проевшей его до почти полного безразличия в интонациях, идет, кажется, отовсюду.
Я сжимаю палочку, вжимаюсь в стену и стараюсь дышать как можно реже. Неясно, от чего хуже – от того, что ритуал медленно, но верно летит нарглу под хвост или от того, сколько за этой неудачей стоит боли. Чужой, но осязаемой как слишком туго затянутый галстук.
Интересно, их поколение вообще умеет что-нибудь делать так, чтобы им самим не было больно? Или это уже навсегда с ними? Не то клеймо, не то стигматы…

Вместе с Ханной проводим в библиотеке, кажется, больше времени, чем весь остальной Хогвартс вместе взятый. Среди стеллажей и книг тихо, пыльно и спокойно – и это единственное, что не бесит. А, ну еще Ханна не бесит. Она вообще на меня действует облагораживающее – единственный человек, которому даже после побудки не хочется вцепиться в горло. Это, наверное, уже бабушкины гены. Которые рассчитаны на десять своих детей и еще пятерых детей бедной покойной Хаи. Интересно только, почему же эта ее материнская программа дала такой адов fatal error при виде беременной дочери?.. И до сих пор дает – и в мамин адрес, и в мой по инерции.

Проблем у Ханны меньше не становится, невзирая на то, что все свободное время она либо ботает, как призрак Ровенны, либо помогает в Больничном Крыле. Из нее, конечно, слова не вытянешь, но с грехом пополам я, кажется, уяснила: на Артуре, очевидно, сошелся клином свет у ее сестры.
У меня фейспалмус. Ультимный.
Не думаю, что здесь вообще кто-то и чем-то сможет помочь – разве что пообещала ей, что всегда, что бы ни случилось, буду на ее стороне.
У каждого человека должен быть кто-то, кто в любом случае будет на его стороне.

Как на мой взгляд – Эйруэн должна уступить. Потому что младшим – уступают. Они меньше знают, меньше умеют и меньше получали по морде. С другой стороны – а что я, собственно, знаю о всяческих нежных чувствах и том, что они могут для людей значить? Я вот вижу, как корчит Ханну… Значит, чисто логически, Эйруэн корчит не меньше.
Интересно, есть ли у нее кто-то, кто всегда займет ее сторону?..

…Б-женька, я знаю, что так как я – жертва пьяного зачатья, у тебя на меня особый расчет по перевыполнению плана говна на отдельно взятую душу, но очень, очень-преочень тебя прошу – избавь меня от влюбленностей в любом виде. Мне и так не очень весело.
У меня вот есть Панк и наша с ним взаимная незаинтересованность.
И все счастливы.


Вспоминаем, долго и со вкусом, давешнюю лекцию директора. Ну, ту, которая про векторы. Директор у нас, безусловно, круче некуда (и не надо круче, мы жить хотим!), но после вдумчивого прослушивания у меня закралось подозрение, что в следующем семестре в Хогвартсе начнут преподавать соционику.
Для моих замусоренных мамочкиными буддистскими сентенциями и дедушкиной иудаикой мозгов это слишком сложно. Слишком не к чему привязать.
Так что единственное, что я из этих лекций вынесла, это то, что Рейвенкло – в жопе, а Ханна – жопа с ушами.
И все научно, по векторам.

Ханна все хочет засесть за эпохальный труд на заданную директором тему «Мой знакомый кожно-зрительный самец», но у нее сдают нервы: то от уныния скисает, то от ржача.

И пока я в библиотеке, как дура, занималась Б-г весть чем, пока училась чужим ритуалистическим ошибкам, произошло страшное.
И винить мне кроме себя некого. Уж поди я-то, со своим вечным ожиданием дерьма, со знанием, что от возвращения Темной Магии ничего хорошего ждать не приходится – могла бы сложить два и два и не отправлять Ханну одну в гостиную…

…ее нашли черт знает где. Сектумсемпра, Торменцио, и еще Сектумсемпра, и еще… По лицу. Пятнадцатилетней девочке. Последнее что помнит – ступефай по голове.
Ким, единственная претендентка на звание человека на Слизерине, на койке рядом. Держится молодцом, обзывает Директора Сопливусом.
Ханна тихо плачет, отвернувшись к стене. Глаза у нее больше нет и, судя по всему, не будет. Самое мерзкое, что это уже не детские слезы. Детского плача, после которого всегда-превсегда становится легче, у нее уже не будет никогда.

А вокруг только и разговоров, что о бале. На бал, на бал… Этот бал нас за-е-бал.
После очередного настоятельного «надо идти» Ханна просто рушится лицом в подушку и отказывается двигаться. Мне, по хорошему, в БК делать нечего – я тут только мешаюсь и занимаю пространство, на которое продолжают прибывать невесть кем покалеченные студенты, но черта с два я оставлю Ханну на растерзание их доморощенным шуточкам. Хватит, один раз уже выпустила из поля зрения.
От полного отчаяния рассказываю сказку – самое дурное из всех порождений моей болезненной фантазии. Та самая, про альтернативную историю Магической Великобритании, суровых магглов, посылание всех нахуй, красную кнопку русского президента и дух Волдеморта над Гольфстримом.
Короче, дистиллированный бред. Но Ханне, кажется, становится легче.

В ожидании, когда профессор МакНелли напишет трансфигурационный свиток, который создаст иллюзию наличия второго глаза, листаем фотоальбом с выпусками прошлого поколения. Мистер Легард и профессор МакНелли оживленно комментирует: умер, убит, убит, убит…
Я вглядываюсь в их лица – пятнадцать лет назад, где они – наши ровесники, семнадцатилетние обалдуи с полным правом не иметь ничего общего ни с чем, кроме собственного пубертата.
Вспоминаю лица сокурсников.
Разделительная черта – жирная и алая. Как прямая линия вместо кардиограммы на мониторе в отделении реанимации.

Пожалуй, они все могли бы петь блюз. Ведь все мы знает, что самое главное в блюзе – это готовность сдохнуть в любой момент. Лэйм Манго Вашингтон уверял, что тинэйджеры не умеют петь блюз, но эти бы – могли.
Они были готовы сдохнуть всегда.
И готовы до сих пор.

И не странно ли, братья серые,
Что по-волчьи мы, налету,
Рвали горло – за милосердие,
Били морду – за доброту!


Я смотрю на их лица, когда они вспоминают время, в которое жить было невозможно, потому как все силы уходили на то, чтобы выживать, и понимаю, что ни один, ни один из них не вернулся с войны.
Неназванные жертвы.
В списках не значатся.

И ничто нам не мило, кроме
Поля боя при лунном свете!
Говорили – до первой крови,
Оказалось – до самой смерти…


Они воспринимают войну, как что-то привычное. Вспоминают ее как что-то хорошее. Впору подавать идею об основании Общества Анонимных Ветеранов Очередной Магической Войны.
А то, что они называют цинизмом - это не цинизм.
Просто после всего, что было – им уже действительно никого не жаль.
Это, конечно, не их вина, и вообще, кажется, ничья вина – ведь «в блюзе не выбирают "или - или". Ты влип по самые уши, братец. Влип в болото, и выхода нет».

Темная магия не может вернуться, потому что она никуда и не уходила.
Она всегда была рядом.
В них.
-----------------------------------------------------------------------------------------------
Бал по случаю Самайна меж тем набирает обороты. В двери БК ломятся попеременно то сиды, то какие-то героиновые глюки. Глюки шипят, что они вернулись.
Ну точно, бэд-трипы же!

Меняю сидов на ситхов.
А директора Снейпа – на Дарта Вейдера. Пусть гоняется по всему замку за, скажем, Поттером и сипит «Я твой отец!».

Эйруэн-Эрик сидит на заднем крыльце и непонятно, чего в ней больше – злости или растерянности. Андрогинка не вытащит тебя из жопы.
Впрочем, никто не вытащит.
Мне почти до слез жалко ее, Ханну, весь новый набор, попавший в эту задницу, под названием «Магический Безопасный Мир», жалко маму и Фосетта, неприспособленных вообще ни к чему, жалко Миротворца, стоящего единственным заслоном между комунной и властями, Панка жалко – если он не перестанет бухать, то дольше трех лет не проживет, а он не перестанет бухать…
Я изо всех сил луплю кулаком по темной шипящей фигуре, но фигуре – наплевать. Бэд-трипу без разницы реакция торчка, он просто есть – и все тут.

Я еще помню чьи-то руки, легшие на плечи, и вкрадчивый вопрос:
- Скажи, чего ты сейчас больше всего хочешь?
- Набить кому-нибудь морду! – я честна, как малолетка под веритасерумом.
- Ну и сделай это.
И стало темно.

P. S. Встречающиеся в тексте поэтические цитаты принадлежат А. А. Галичу.

Tags: отчеты
Subscribe

  • Благодарности от Майлза Блейтчли

    Спасибо мастерам за проделанную работу, бессонные ночи и потраченные нервы. У вас получилось сделать великолепную игру, которая превзошла все мои…

  • Благодарности от Грейс

    Люблю писать тексты, пока эмоции свежие. Многие меня знают, как ролевого фотографа. Я, действительно, раньше практически не играла. Этой весной у…

  • Благодарности от Беатрис Блэк

    Семестр про альбедо в самом алхимическом смысле, очищение, отсечение лишнего и соитие мужского и женского, идущее тонкой белой нитью на всех уровнях.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 43 comments

  • Благодарности от Майлза Блейтчли

    Спасибо мастерам за проделанную работу, бессонные ночи и потраченные нервы. У вас получилось сделать великолепную игру, которая превзошла все мои…

  • Благодарности от Грейс

    Люблю писать тексты, пока эмоции свежие. Многие меня знают, как ролевого фотографа. Я, действительно, раньше практически не играла. Этой весной у…

  • Благодарности от Беатрис Блэк

    Семестр про альбедо в самом алхимическом смысле, очищение, отсечение лишнего и соитие мужского и женского, идущее тонкой белой нитью на всех уровнях.…